logo

"У меня надежда на закон": как пасечник из Алтая стал московским бездомным

"У меня надежда на закон": как пасечник из Алтая стал московским бездомным

МОСКВА, 15 сен — ПРОФИ Новости, Святослав Петров. Сирота Юрий Усольцев оказался на улице еще в начале нулевых — сразу после детдома. Полагающуюся ему квартиру не дали. Юрий утверждает: не знал даже, что есть такой закон. Сейчас скитается по московским подъездам и скверам, перебивается случайными заработками. Но до сих надеется, что жизнь наладится.

Палаточная жизнь

В кустах неподалеку от парка Сокольники время от времени появляется палатка камуфляжной расцветки. В ней уже много лет ночует невысокий тихий человек, очень скромно, но опрятно одетый. Усольцеву 37, но выглядит значительно старше. Больше половины жизни он провел на улице.

© Фото : из личного архива Евгения Седова"Жилье" Юрия

Жилье Юрия - ПРОФИ Новости, 1920, 14.09.2021© Фото : из личного архива Евгения Седова"Жилье" Юрия

Мать никогда не видел, отца сбил поезд, а бабушка умерла от инфаркта, когда мальчику было девять. Юрия отправили в детский дом в селе Сычевка Алтайского края. Усыновить его никто не захотел. Говорит, за все время, пока был в интернате, только один ребенок попал в семью — к американцам.

После приюта освоил профессию пасечника в техникуме и подался в Москву — на Алтае не было ни работы, ни крыши над головой.

"В детдоме никто тогда не объяснил, что мне жилье от государства полагается. Может, они и сами не знали", — говорит Юрий.

Беседовать с незнакомцами, а тем более с журналистами, для него стресс. Постоянно трясется: врожденное нервное расстройство. По его словам, заболевание потянуло бы на вторую группу инвалидности, если бы он мог ее оформить.

Приехав в Москву в начале нулевых, молодой человек брался за любую подработку. Был охранником, курьером, администратором компьютерного клуба и даже страховым агентом. Сейчас — грузчик. Платят тысячу рублей за смену. Таскать коробки тяжело из-за болезни, но выбора нет.

О нормальной работе можно только мечтать: без прописки официально не трудоустроишься. Последнее место регистрации — Сычевский детдом, которого уже не существует. С тех пор в паспорте в соответствующей графе — прочерк.

"Некоторые бездомные идут в "работные дома", но это, по сути, рабство, — рассказывает Юрий. — Где-то вообще не платят, а только кормят и кров предоставляют, да и то это все по минимуму. Например, дворники получают 600 рублей за 12-часовую смену, а живут в бытовке".

В среднем он зарабатывает по 20-30 тысяч рублей в месяц. Хватает "в упор", хотя жилье он не снимает, а еду и одежду иногда удается раздобыть бесплатно. Мыться ходит в баню при православном храме или к другу Евгению Седову. Седов тоже до недавнего времени был бездомным сиротой, однако при поддержке журналистов и прокуратуры получил квартиру.

Крысы и подростки

Раньше на зиму Юрия брал к себе домой знакомый.

"Все время там жить не получалось: у него были слабое здоровье и нервы, — объясняет Усольцев. — Иногда становился "психическим". Недавно Павел умер, и теперь зимой я ночую в подъездах".

Летом он ставит палатку то в районе Сокольников, то у Мосгорсуда, то на территории Лосиного острова. Жилище постоянно обворовывают, поэтому особо ценные вещи хранит у друзей. Один раз стащили и саму палатку. Хуже всего — когда пропадает паспорт. Его крали дважды. Сейчас восстановить документ можно в любом отделении МФЦ, но раньше — только в Алтайском крае: ездил туда автостопом и электричками. Дорога занимала три недели.

"По пути на остановках заходишь в монастыри и храмы, — говорит Юрий. — Там накормят всегда бесплатно, кров дадут. Ну и работу мелкую иногда дают. Однажды у батюшки неделю поработал — десять тысяч заплатили".

© Фото из личного архива Юрия УсольцеваЮрий Усольцев

Юрий Усольцев© Фото из личного архива Юрия УсольцеваЮрий Усольцев

Лицо и руки у него покрыты шрамами и рубцами.

"Когда живешь на улице, часто дерешься, — признается Усольцев. — И не с другими бездомными — в основном с подростками, которые по приколу хотят у меня что-то стащить".

Еще одна угроза — крысы. От них Юрия защищает Маня, прибившаяся уличная кошка.

"Без нее пропал бы, — усмехается он. — Однажды в лесу было нашествие грызунов — их выгнали из старого здания лесопилки. Кошка спасла палатку от нападений. Благодаря ей хоть какие-то припасы еды сохраняю. Да и не так одиноко с ней".

Лечится сам — к врачу обратиться не может: нет полиса ОМС. А болеет регулярно — в палатке легко простудиться даже летом.

"Место, где тебя ждут"

Юрий до сих пор мечтает, что когда-то обретет дом и семью. Несколько лет назад познакомился с женщиной, но не сложилось: родственники были резко против союза с сиротой и бездомным.

"Дом — не просто стены, — рассуждает Усольцев. — Это место, где ты нужен, где тебя ждут и принимают. О нем я мечтаю. И не теряю надежды рано или поздно найти".

О собственных правах представления у него смутные. О том, что ему, как сироте, полагалась квартира, узнал недавно. И как ее добиться, не представляет. Сейчас ему помогает Евгений Седов, у которого есть опыт общения с чиновниками.С вопросом, как Усольцеву получить положенное жилье, ПРОФИ Новости обратилось в Министерство образования и науки Алтайского края. На момент публикации ответа не поступило.

Помимо алтайских властей, у Юрия есть надежда на федеральные. Летом 2021-го зампредседателя правительства России Татьяна Голикова давала Минстрою и Минфину поручение изучить возможность постановки бездомных в очередь на социальный наем жилья. До 20 сентября ведомства должны предоставить доклад. Юрий рассчитывает — появится закон о помощи таким, как он.

Похожие новости
Последние новости
Back to top